Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных

My Fairytale

01:02 

Песчаный мост

L.H.
Наилучший порядок вещей — тот, при котором мне предназначено быть, и к чёрту лучший из миров, если меня в нём нет. ©
Название: Песчаный мост
Автор: Lira Hoshi
Фандом: ориджинал
Бета: Кот Лямбда
Жанр: флафф, драма
Рейтинг: PG-13
Размер: мини
Статус: закончен
Размещение: только с моего разрешения
Посвящается: Реактивная улитка должна была это сделать еще прошлой зимой, но готово все равно было бы весной-летом, а идеально выкладывать такое вот в это время... За четыре дня до начала зимы..

Песчаный мост



Все это не со мной.
Я поиграюсь только.
Снова вернусь домой, той или иной… (с)



Нелюбовь к зиме… Даже она считала это психопатией. Но ни один врач не мог ей помочь.
Никаких детских травм. Никаких неприятных воспоминаний.
Просто каждую зиму ей было тяжелее дышать. И каждую зиму Эмма думала, что не выживет.
На какие ухищрения девушка только ни шла!
Но уже осенью она начинала бояться дней, секунд и минут. Поездки в Австралию не помогали. Пусть там якобы лето, все равно…
На этот год она попыталась выработать стратегию. В прошлый раз ей помогла травка.
В этот раз она решила воспользоваться «снежком». Ей показалось это забавным… «Снежком» спасаться от зимы.
Квартиру она сняла на окраине. Специально для этого. И хоть она была слишком холодной (надо не забыть включить отопление посильнее, пол ледяной), но это было что-то. Тут ее не найдут. А то ее «милые» родители будут снова усиленно пытаться вытащить ее в свет, не понимая, что в такое время ей лучше если и быть не в одиночестве, то все равно не с ними.
Хотя после нескольких попыток зимнего суицида она почти могла их понять.
Но до начала зимы оставалось всего две недели. И руки уже начали дрожать…
Ложка, зажигалка, шприц и жгут. И бумажка с инструкцией, скачанной из интернета.
Через несколько минут она погрузится в приятное состояние нереальности мира. Эмма любила его. Хотя бы потому что в нем было куда легче. Когда все было нереальным - все казалось возможным.

***
Мы падаем как в кино.
Не было бы грустно,
было бы смешно (с)


Родители все-таки перекрыли доступ к счету. Нет, они оставили ей денег. По словам брата это был «средний месячный заработок человека среднего достатка». Но ей все равно было мало. Пусть Гарри говорит, что хочет. Но она привыкла тратить подобную сумму за пять дней.
Да и зачем экономить? У них столько денег, что и за три жизни не потратишь.
Именно поэтому она просто не понимала родителей. Ну вот зачем ее ограничивать? Им жалко денег?
Ее упрямство они изучили хорошо. И должны же знать, что этот способ на нее точно не подействует.
Как глупо. А теперь она пропустит день рождения Билла и Алекса. Обидно. Но платье ей выйдет в трехмесячный «доход». А дважды надевать что-то она не привыкла. Как и обходится дешевками.
Брат с ехидцей предложил ей найти работу. А дать денег на платье отказался. Ничего, она еще это ему припомнит.
Но делать что-то надо было. Ее родителей никогда надолго не хватало, максимум два-три месяца. Потом они сами приползут к ней (так всегда бывало), и она снова будет на коне.
А пока надо бы решить насущные проблемы, самая главная из которых звучала «как бы не свихнутся от скуки». Из родительского дома она опрометчиво выехала. Хорошо хоть лептоп взяла и немного вещей по сезону… Чертова зима! Мало ей дурацкого состояния, так еще и слушать психозы родителей.
Вторая чашка эспрессо в любимом кафе: снимать квартиру или поехать по друзьям?
Второго не хотелось – все ее друзья были, как и она сама, весьма скептичны. И выслушивать подколы по поводу своего нищего состояния на протяжении всей зимы ей не хотелось. И так настроение паршивое.
- Эмма! – крикливые близнецы Форрет вынырнули будто-бы из-под земли!
- Привет, дорогая!
- Хорошо выглядишь!
- Новая сумочка?
- Ты уезжала осенью?
- Есть планы на рождество?
Вопросы сыпались из них как снежинки с неба в декабре на Аляске. Две блондинки с выдающимися скулами, узкими губами и носами с горбинкой. Их можно было бы не заметить, если бы не их зычный голос.
Эмма как-то несколько раз была вместе с близнецами на одних курортах и пересекалась на вечеринках. Они и не были особо похожи, но она все равно не могла различить Клэр и Джесс.
Через час навязчивой болтовни девушка уже хотела смыться под благовидным предлогом, как Клэр (или Джесс) сказала:
- Мы решили попробовать новое веяние. Пожить, как обычные люди было бы забавно.
- И тем более, кто сказал, что мы можем не справится?
- Действительно. Тут ничего сложного.
- Да и устали мы от тусовок.
- Что за новая фишка? – Эмма навострила ушки. Кажется, сегодня фортуна благоволит ей.
- Снимаешь жилье с некоторым количеством людей где-нибудь на окраине…
- Сам готовишь…
- Убираешь…
- Носишь вещи в прачечную…
- И так пару месяцев.
- Говорят – забавно.
Бинго! Ей сегодня невероятно везло. У нее появился отличный способ не потерять лицо и не врать. Все же вранье она совсем не любила.
- А у вас сколько соседей?
Через два часа Эмма уже была на окраине города в среднестатистических домишке. Хотя мысль про клопов мелькнула. И тут же показалось забавной. Она в жизни этих самых клопов не видела.
Комнаты маленькие, но их четыре и хотя бы два этажа.
- Лисбет! – позвала Джесс (или Клэр).
На крик выглянула рыжеволосая девушка лет двадцати пяти.
- Мм?
- У тебя теперь есть соседка. Эмма Стоун. Думаю, ты слышала про нее. Эмма – Это Лисбет Торнст. Мы учились вместе в младшей школе. Вы на втором этаже, а мы на первом.
Ночью Эмма проснулась от собственных криков. Близнецов не было. А Лисбет на утро тактично промолчала.
А мисс Стоун до обеда колотило. Хотя она толком не помнила сна. Но ноги все еще ощущали холодный пол, а сердце все еще билось слишком сильно от неизвестного страха.


***

Любить - это так глупо
Всё получилось не так, как хочется
Лезут холодные
Скользкие щупальца в мир одиночества
Калечат и ранят, и сердце сжимают вежливой ложью
Но мы же не станем холодными, скользкими тоже! (с)


Близнецов хватило ровно на неделю, потом скучающие девицы уехали в Аспен. Эмма провожала их с глубокой завистью. Хотя они всем так расхваливали «мужество» подруги.
Они остались с Лисбет вдвоем.
Хотя Эмма за прошедшую неделю почти не видела девушку. Та училась в каком-то там колледже или университете и появлялась довольно поздно.
А Эмма пока с головой погрузилась в книги. Библиотека была довольно убогой, но хотя бы что-то.
- Поешь что-нибудь адекватное. Я приготовила салат. И курицу.
- Спасибо, отказываться не буду, - Лис отодвинула от себя лапшу быстрого приготовления.
- Почему ты не готовишь себе нормальную еду?
- Не люблю готовить.
- Или не умеешь?
- Может быть, - невнятно произнесла Лисбет. – Зато я хорошо готовлю кофе.
- Тогда договорились. С тебя кофе. Мне без сахара. С корицей и перцем.
- Странный вкус. И вообще, я обычно делаю с карамелью.
Эмма скривилась. Но, кажется, она нашла еще кого-то чуть-чуть более упрямого, чем она сама.
С тех пор вечера стали проходить куда веселее. А Лис начала шутить, что им пора разъезжаться. Иначе она станет слишком толстой. Эти слова вызывали улыбку. Эмма частенько заглядывалась на ножки соседки. Ей бы такие! Она бы не вылезала из коктейльных платьиц.
Первых три недели зимы прошли практически легко. Только она все еще просыпалась иногда от своих криков.
На четвертой недели нервы Лисбет сдали. Она вошла в комнату без стука и скользнула под одеяло к Эмме. Та поперхнулась от такой наглости.
В плане секса она всегда чувствовала себя свободна. Парни… Девушки… Зачем ограничивать себя каким-то одним полом? Опыта она не чуралась.
А вот излишние прикосновения без определенных целей она ненавидела.
- Ты холодная…
- А у тебя руки горячие, и что?
- Ничего. Вот и согреешься.
Эмма раздраженно засопела. Она была в долгу у рыжеволосой девушки. Сколько раз она будила ее своими криками?..
- Расскажешь, что снилось?.. – Стоун сделала вид, что уже спит. Впрочем, она и правда скоро заснула, ей было тепло и спокойно. Оставшуюся ночь она не видела снов.
С тех пор так и повелось. Они иногда просто засыпали вместе.
Иногда, Эмма с сожалением думала о том, что скоро ее родители одумаются и все изменится. Впервые за много время ей нравилось возвращаться в то место, где она жила. Впервые за всю жизнь она ощущала зиму такой не зимой.
Ей нравилось само присутствие Лисбет Торнст. Нравилось смотреть вместе фильмы, подчас дурацкие. Ходить на выставки, каких-то старых и никому не нужных вещей. Пить глинтвейн и вырезать снежинки. Рождество они пропустили «по умолчанию». Хотя двадцать шестого декабря Эмма обнаружила у себя на кровати дурацкие лиловые носки толстой вязки.
Потом она надевала их каждую ночь.
Стоун уже не могла представить свою жизнь без общения с Лисбет. Она не видела в ней кого-то еще кроме друга, или просто кого-то кто нужен ей, но без каких-то «левых» мыслей.
За весь месяц совместного существования на личные темы они говорили лишь раз. И то, Эмма подозревала, что именно бутылка вина так развязала Лисбет язык в преддверии нового года.
- И мне просто страшно писать смс.
- Это странно…
- Ничего странного. Неплохой опыт игнора. Так что я пишу смс, а потом смотрю на мобильный каждых три минуты.
- И это помогает?
- Нет, - Лисбет нахмурилась. – Это убивает понемногу.
- Слушай, а позвонить?
- Если человек не поднимет, то это будет куда хуже.
- Ну и не пиши тогда.
- Не могу.
- Блин, Лис, а смысл?
- Просто написать. Чтобы хорошо начиналось утро. Пусть и не со мной.
- И все время бояться?
- Пока не начинается разлада – отвечают вовремя. И пишут сами… А потом начинает становится страшно. Иногда и без повода начинает быть одиноко.
- Совершенно не понимаю. Если ты с кем-то, то как может быть одиноко?
- Ну, один занят одним, второй вторым. И ни у кого нет сил поддержать друг друга. Обычно, с этого все и заканчивается. Потом люди просто друг другу не нужны.
- Обычно? – Эмма уже жалела, что ввязалась в разговор. Лис расстроилась. А сама мисс Стоун даже не понимала проблемы.
- Всегда везде есть варианты. Поговорить, к примеру. Люди иногда раздражают. Выставляют свои колючки наружу. А просто поговорить? Слов нет, или что? Нарисуй, блин, тогда!
- Не все умеют говорить. Или не хотят.
- Именно!
- И разговор в тупик и что дальше, какие там варианты?
- Уйти. Не расстаться, а исчезнуть. На пару дней, на неделю, на год… Есть шанс излечится или от одиночества, или от человека. Или нет. В любом случае, если не отвыкнешь, то есть шанс вернуться и попытаться продолжить…
- А оно кому-то еще будет нужно?
- … Это в любом случае даст больше шансов, чем стать постепенно совсем чужими друг для друга. Может быть, и будет. Может быть, и он, и она сумеют отвыкнуть.
- А если нет?
- То один сумеет, а второй как раз только начнет привыкать.
- И что тогда? – Эмма уже потерялась в разговоре.
- Ну, это уже проблемы того, кто не отвык. Понавязывается, попробует вернуть. А потом будет учиться жить без него. Все просто.
- У тебя проблемы с доверием?
- С чего ты взяла? Да нет у меня никаких проблем с доверием!
- Тогда что за фигню ты несешь? Интересно, что творится у тебя в личной жизни?..
- Это не проблемы с доверием. Просто обычно сначала я начинаю дружить с человеком. Достаточно долго, чтобы он стал близок. Потом надо привыкнуть к нему в новом качестве. А потом, когда я привыкну до конца – я ему уже не нужна. Просто я слишком долго привыкаю.
- Я бы это и назвала проблемой с доверием.
- Ну и к черту! – Лис смотрела на полупустой бокал с непонятной злостью. – Я все равно хочу и буду доверять людям. И влюбляться.
- Как глупо, по мне так любые отношения обречены на провал. Так что смысл слишком ими дорожить?
- Ты просто никого не любила, не так ли, Эм?
- Не помню подобного. Любить надо только себя. С собой ты и останешься. Смысл мучиться и страдать?
- Бабочки в животе. Поверь мне, они того стоят.
- Когда я найду кого-нибудь, в ком буду уверена – я подумаю. А пока мне вполне хватает своего отражения.
Этой ночью девушки разошлись по своим комнатам, не пожелав друг другу спокойной ночи. Эмма долго лежала в постели и не могла уснуть, размышляя над словами соседки. Иногда надо относиться к жизни намного проще. А если все же случилась незадача, и ты влюбился – идти до конца. Чтобы потом вот не было такого горького сожаления о том, что могло бы быть. И что причина тому, что ничего нет – ты сам.

***

Сделай одолжение, умри, пожалуйста (с)


Про день выборов Эмма, честно говоря, забыла. И только когда Лисбет включила телевизор, девушка вспомнила, что и Гарри тоже в них участвует.
Эмме стало даже как-то стыдно. Она уже забыла, когда же звонила своей семье в последний раз. Последние дни ее захлестнули свои события. Давно уже ее так не увлекала жизнь. Даже зима была не так страшна. У нее был свой новый неизведанный мир на «попользоваться» и интересно было выжать из него все, что можно.
И потом, со своим старшим братом она и в детстве не особо общалась. Обычно старшие братья либо балуют своих маленьких сестренок, либо усиленно бойкотируют.
Гарри же было все равно. Когда-то это не давало покоя Эмме. Но и ей потом стало все равно.
А она четко знала, что у него день рождения 23 мая. Или 27? Или в июле?..
Хотя иногда, в моменты приступа братской любви он называл ее «слизнем». Как ни странно, ей это даже нравилось.
Тогда она была ближе всего к нему.
Эмма забыла про выборы и не пошла на них, что не имело, по сути, никакого значения. Гарри сумел набрать только пять процентов. Отчего-то избирателям он не показался надежным и привлекательным.
Лисбет настояла на том, чтобы Эмма съездила к брату.
В его квартире было тихо. Она ожидала застать кого-то из предвыборной компании. Или Саманту – невесту Гарри, но ее брат сидел в одиночестве, попивая виски. Стало неловко.
Девушка думала отмазаться парой банальных слов и вернутся домой.
- Мне жаль.
- Удивлен, что ты вообще тут.
- Хотелось тебя поддержать… - такого брата она еще никогда не видела. Или просто не помнила полной ненависти взгляд.
- Неужели? Тебе позвонили родители? Или это способ показать им, какая ты милая, чтобы тебе снова дали денег?
Эмма пожалела, что поддалась на уговоры подруги.
- Я просто приехала к тебе. Поддержать. Никто не знает.
- Ха-ха, - горько проговорил ее брат. – Даже Сэм не приехала. И родители не позвонили. Потому что это неважно. Потому что я все равно слишком молод и не смог бы все равно. И тут ты. Какая ирония…
- Гарри, я…
- Да заткнись ты! Ненавижу тебя. Они бы к тебе прибежали бы, даже если ты поранила бы коленку. Вечно так «Эмма то», «Принцесса это». Ненавижу.
Отчего-то ноги мгновенно замерзли, а сердце бешено пустилось вскачь. Она чувствовала себя слишком утомленной зимой, и сейчас чертово равновесие дало сбой.
- Хотел бы, чтобы я умерла?
- Да нет же, зачем? Чтобы тебя воздвигли на алтарь и поклонялись бы до конца жизни? Я просто ненавижу сам факт твоего существования. Лучше бы тебя не было. Никогда. Всем было бы куда проще. Ты – сбой в системе. Если бы тебя никогда не было…
- Ты пьян. А мне лучше идти.
- Вали к черту. И лучше не возвращайся! Посочувствовать она пришла. Да ты пришла, чтобы убедиться. Сумел бы достичь – может быть был бы новый повод для гордости – я. А так ты все еще любимица. На веки вечные…
Эмма схватила сумку и шубку. Одевалась она уже на ходу, сбегая по лестнице. А вслед ей неслось «ненавижу».
Домой она пришла на взводе. Не снимая сапогов, она прошла на кухню. Забрала у Лис недопитый чай и долила его бренди.
- Без комментариев, - девушка выпила получившуюся смесь залпом. – Я спать. Спокойной ночи.
Лисбет пришла через несколько минут.
- Можно?
- Давай. Только не раскрывай меня сильно – холодно.
- У меня руки холодные. Прости…
- К черту.
И снова снился ледяной пол. Безумный страх сжимал горло. Снились слезы на щеках. Падения. Ободранные руки. Шприц. Открытое окно и снег.
Таких реальных снов у нее не было никогда.
Проснулась она от тормошения Лис.
- Эмма, Эм, это был просто кошмар. Это был просто кошмар.
- Отстань от меня!
Руки трясутся, она вся на нервах. Ощущение нереальности и запах бычков из сна – захотелось покурить. Дрожащие руки едва сумели зажечь сигарету. Замена кислорода горьким дымом успокаивала.
Она «очнулась» только когда почти докурила пятую. От обилия никотина слегка мутило. Лисбет еще не спала. И в этот раз Эмма сама обнимала соседку.
- Будешь со мной?
- Можно подумать?
- Нет, - горький ком уже был готов подкатить к горлу. Она уже жалела о своем предложении.
- Тогда буду, - Лис чмокнула ее в губы и закрыла глаза, намеревавшись поспать.
- Эй, я так не играю! – обнять сильнее, запустить руки под майку. И целовать, целовать, целовать…

***

Любовь – это когда обнимаешь человека до хруста костей, но понимаешь, что этого мало и ты бы еще и сожрал его (с)


Поцелуи неглубокие. Она совершенно к таким не привыкла, хотя и с девушками отношения бывали.
А тут просто шквал эмоций, что сметал все.
Может быть, она просто соскучилась по ласке. Кто знает?..
Но сейчас она была готова отдать все, чтобы быть рядом. Это было просто сумасшествие. Всегда нужно было прикасаться. Чувствовать. Говорить.
Знать, что Лис только ее.
Зима пролетела незаметно. Кошмары не прекратились. Но им в противовес были вечера в кофейнях, одна сигарета по утрам на двоих, попытки Эммы встать на коньки.
Ночи были иногда ужасны. Но дни стоили любых таких ночей.
Время утекало сквозь пальцы. Дни отмечались уже другими отметками.
Сегодня месяц вместе. А вот сегодня два.
Кстати, мы забыли… а ведь уже давно началась весна…
И вот теперь уже не верилось, что все будет иначе. Потому что никто из них не собирался отступать.
Эмма, к примеру, слишком привыкла к тому, чтобы держаться за руки. Хотя обычно не практиковала этого даже с детьми. Но в этих отношениях было все совсем иначе. Будто бы другая жизнь.
В общественных местах на них вроде как косились, но они давно не обращали внимания. Хотя и старались особо не пугать людей. Но вот те редкие поцелуи в щечку, когда Эм шла на уступки, захватывали дух иногда сильнее, чем даже секс.
И в метро толкотня даже радовала. Прижаться близко-близко друг к другу с невинным видом было так заманчиво.
- Кстати, ты знаешь, это все не бабочки. Все начинается с горки. Как будто бы ты на дьявольских машинках. На самом краю самой высокой точки.
- То есть я для тебя, как падение? – Лис улыбалась. Эмма отвлеченно думала о том, что не представляла, что вот можно быть таким «голодным» на какого-то человека.
- Именно, но с тобой я готова разбиться, - Стоун наклонилась к Лисбет будто бы что-то сказать, а сама поцеловала возле ушка. Эмма не верила, что это она. Слишком много нежности…
Свет начал мигать.
- Что за?..
Пол дрожал. В глазах стало темно. Холодный пол. Маски врачей. Шатает. Расплывчатое зрение. Холод. Дикий холод. И трясет. Странные вспышки перед глазами.
Потолок в машине скорой помощи. Головокружение. Тошнота. Провал в темноту…

***

Говорят: все проходит.
Кроме одиночества… (с)


Очнулась она в больнице. Куча проводков от тела к непонятным машинам.
Заплаканная мама, расстроенный папа. И брат… Она не видела Гарри со дня выборов.
Авария в метро?
Ее так сильно задело? Лисбет? С ней все в порядке?
Трубки в горле мешали говорить.
Она едва прохрипела:
- Лисбет?
Родители уставились на нее непонимающе.
Мама залебезила:
- Все хорошо, Принцесса. Мама рядом. Теперь все будет хорошо.
- Лис! Лисбет!!!
Аппараты запищали. Вошла медсестра.
- Я же предупреждала вам, что не стоит ее беспокоить. Сердце все еще слишком слабое.
-Да, да, мы пойдем, - отец огладил ее по голове. – Все будет хорошо, наша радость, если что, мы рядом.
У Эммы началась паника. Ее чертовы родственнички! Как всегда. Они же не дадут ей никакой информации. Да им просто плевать! Лис… что с ней? Ее сильно задело? В какой она больнице? Ее явно перевезли в какое-то блатное место. А девушку без полиса могли засунуть в бесплатную клинику с некомпетентными врачами.
- Гарри! – хрипеть было тяжело. В горле была какая-то трубка, которая причиняла дискомфорт от любого движения (благо, ей, кажется, кололи анальгетики).
- Ну-ну, милочка. Поговорите позже. Скоро вас приведу в порядок, и говорите, сколько хотите, - проворковала медсестра. Родители уже вышли. А брат был почти на пороге.
Она помотала головой. Правда шея двигалась с трудом. Но сейчас все было неважно. Сейчас имела значение только Лис.
- Гарри, пожалуйста.
Брат кивнул. Медсестра вышла. Гарри снова приблизился к ее кровати.
А каждое слово давалось все труднее.
- Лис… где она?
- Ты про кого? Тебя нашли одну.
- Как одну? Гарри… я... помню наш разговор… тот… что был после выборов… Мне на самом деле… жаль… Но, пожалуйста… я тебя очень прошу… скажи… что с ней…
- Какие выборы? До ближайших еще почти три месяца, - неужели он теперь будет делать, что забыл? Хотя он выглядит искренне удивленным. Но это не важно. Черт, неужели так сложно им сказать, как она? Ей надо определится… Если с ней что-то случилось… Неважно. Она пока не будет об этом. Просто дайте ей информацию. Неважно, насколько плохим будет ответ. Она просто будет знать, что делать дальше.
- Лисбет. Где она?
- Эмма, я просто не понимаю, о ком ты. Она была с тобой?
- Да…
- Никого не нашли.
- Когда меня вытащили. Из метро… Было много… пострадавших? – говорить было все сложнее. А речь все невнятней. Но хотя бы так.
- Какое метро? Слизень, ты обдолбался наркотой до передоза. Это все бы ничего. Но у тебя еще и двухсторонняя пневмония. Сердце стало сдавать из-за напряжений. Если уж не думала кончать жизнь суицидом, то надо было хотя бы место теплее выбрать.
- Что?..
- Ты уже не помнишь, что ввела себе белый порошок? Кстати, не умеешь – не берись! У тебя едва не началось заражение, - липкий страх… теперь она поняла это выражение. Но этого не может быть! Скорее это не правда.
- Какой… день?
- Ты тут вторые сутки, - она помотала головой. – Тридцатое ноября. К Рождеству, может и отпустят. Но не надейся, что предки отпустят дальше пяти метров ближайшие пару лет! Я никогда не видел, чтобы папа плакал…
А у Эммы у самой уже текли слезы. Неправда! Это все неправда!
- А… близнецы Форрет?.. Где они? Они… знают… где она…
Гарри смотрел на нее устало. Кажется, плакал не только отец. И, кажется, тот разговор на выборы… Это было неправдой. Или не до конца. Но она об этом подумает позже. Лисбет! Она ей жизненно необходима.
- Они разбились на своем самолете еще прошлым летом. Правда, ты тогда была на Ибице.
- Они… с ними училась… Лисбет Торнст… начальная школа…
Старший брат покачал головой. Баранье упорство его сестры все еще ставило его в тупик, время от времени.
- Минуту, - Гарри отошел к окну, завешенному жалюзи. И достал телефон.– Шон, список учащихся с близнецами Форрет. Это срочно.
Три минуты. Ей казалось, что прошло несколько часов. Сердце не рвалось из груди. Наоборот, оно билось так медленно, что Эмме казалось, что оно вот-вот остановится.
Долгожданный звонок разрезал тишину.
- Да? Хорошо. Институт? Колледж? Поищи просто мисс Торнст. Лисбет Торнст.
- Я могла неверно… сказать фамилию… - она пыталась спастись соломинкой.
- Никаких Лисбет в их окружении не было.
Сердце пропустило удар.
Еще когда он сказал про наркотики, тяжелая правда ядом отравила все ее существо. Тридцатое ноября… Лучше бы этот мир был бы выдумкой.
Тик-так…
Она не слышала уже своего сердца. А может, оно уже и не бьется?
Тик-так…
Гарри вышел, а Эмма только сейчас отстраненно поняла, что ее руки привязаны к кровати. Зачем?
Тик-так…
Это так глупо.
Тик-так…
Тиканье часов на стене оглушало. Но дотянутся до кнопки вызова медсестры никак. А хрипеть она уже просто не может.
Тик-так…
В голове – атомная война. Что реальность?
Тик-так…
В голове когнитивный диссонанс.
Тик – теплые руки – Так - холодный пол…
Эмма потерялось. Но от понимания было совсем не легче.
Тик-так…
Она не могла ни повернуться, ни накрыться с головой.
Тик-так…
Это тиканье убивало и сводило с ума.
Тик-так…
Может это все дурацкий сон?
Тик-так… Тик-так… Тик-так…
До начала зимы оставалось четыре часа.

@темы: Original

URL
Комментарии
2012-11-27 в 13:42 

Танцующая на граблях
У реальности очень хорошее чувство юмора.
Безумно красиво . И внезапный финал.
Нет слов.

2012-11-27 в 16:13 

Lira Hoshi
Все дело в том, что мы постоянно отправляемся в путешествие, которое закончилось за секунду до того, как мы успели выехать.
Танцующая на граблях, оу, ну хоть кто-то решился откомментить))
Спасибо.
Ради этого финала все и писалось)

2012-12-01 в 19:47 

Тецу
Он хотел оставить всё как есть. Он хотел остаться и ждать, когда посреди ночи дверь почти неслышно скрипнет, а кровать прогнётся под тяжестью двух тел.
Вопрос на середине чтения " а где же снежок?", не остался без ответа.
Если бы я увидела этот текст раньше, я бы наверное просто в него влюбилась. А может еще успею. Да, тема наркотиков - это любовь. Но только не в реальности.

Она так и не спаслась от зимы. Она будет ей сниться в самую холодную пору. Я надеюсь.
И.. я не знаю, что сказать. Такая вещь, как ориджы получается сильнее. Он второй, и я сново им восхищаюсь с той же безнодежностью в строчках.
Финал, неизменно твой)

2012-12-02 в 00:32 

Lira Hoshi
Все дело в том, что мы постоянно отправляемся в путешествие, которое закончилось за секунду до того, как мы успели выехать.
Тецу, не знаю, что ответить...
просто эта вещь была особой. Спасибо за коммент).

2012-12-02 в 20:05 

Тецу
Он хотел оставить всё как есть. Он хотел остаться и ждать, когда посреди ночи дверь почти неслышно скрипнет, а кровать прогнётся под тяжестью двух тел.
Lira Hoshi, я знаю, поэтому.. я после каждого прочтения пытаюсь абстрогироваться, взглянуть на текст с другой стороны.
Надеюсь теперь все будет хорошо, к тому же, ты смогла его закончить)

2012-12-02 в 20:18 

Lira Hoshi
Все дело в том, что мы постоянно отправляемся в путешествие, которое закончилось за секунду до того, как мы успели выехать.
Тецу, хех, ну да. смогла.
и ни разу не перечитала))
может быть... когда-нибуд...

2013-08-18 в 19:11 

Название не в тему, но мне нравится. И сам рассказ мне нравится. Жаль, что здесь так мало про наркотики, но от чтения у меня замерзли ноги.
Нет ничего хуже, чем скучать по человеку, которого нет.

2013-08-20 в 10:35 

Lira Hoshi
Все дело в том, что мы постоянно отправляемся в путешествие, которое закончилось за секунду до того, как мы успели выехать.
По ту сторону тени, есть. можно скучать по человеку,по которому нельзя скучать.

а название мне тоже очень нравится.

   

главная